В Тушинский районный суд г. Москвы

по уголовному делу № 376924 по обвинению Уварова Юрия Валентиновича в совершении преступления, предусмотренного пп. «а,б» ч.3 ст.286 УК РФ

в защиту конституционных и гражданских прав и свобод подсудимого Уварова Ю.В.

ОСНОВНЫЕ ТЕЗИСЫ
выступления адвоката Качана Ю.И. в прениях сторон по уголовному делу (для приобщения к протоколу судебного заcедания).

Уважаемый суд! Ваша честь!

Я внимательно выслушал мнение государственного обвинителя, полагающего, что виновность подсудимого Уварова Ю.В. в совершении инкриминируемых ему деяний, якобы, в полном объеме нашла свое подтверждение в процессе судебного следствия. Это мнение моего процессуального оппонента и его следует уважать, как и мнение каждого из участников уголовного судопроизводства.

Тем не менее, считаю необходимым обратить внимание, уважаемого суда, на следующие обстоятельства:

-государственным обвинителем, судя по всему, не совсем правильно понимается значение ст. 73 УПК РФ, согласно которой, при совершении лицом нескольких преступлений или совершения преступления несколькими лицами должен быть дан анализ по каждому эпизоду преступного деяния и в отношении каждого подсудимого, чего в речи государственного обвинителя я не услышал.

Из содержания комментируемой статьи также вытекает, что выводы относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию (предмет доказывания), должны основываться только на доказательствах, которых я, к сожалению, в обвинительной речи прокурора так и не услышал, а отсутствие доказательств, на мой взгляд, может свидетельствовать также и об отсутствии его вины в инкриминируемых ему деяниях.

Помимо этого, исследованные судом материалы уголовного дела, на мой взгляд, свидетельствуют о том, что и на стадии предварительного расследования у следствия также отсутствовали достаточные объективно собранные доказательства виновности Уварова в совершении инкриминируемых ему деяний, а поэтому привлечение его к уголовной ответственности противоречило требованиям уголовно-процессуального закона;

-в приказе Генерального прокурора Российской Федерации от 03.06.2002 г. № 28 «Об организации работы прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства», в частности, указывается, что существенные нарушения уголовно-процессуального закона в досудебном производстве могут привести к постановлению оправдательного приговора. Необходимо считать нарушением служебного долга как направление прокурором такого дела в суд, так и требование о вынесении обвинительного приговора при отсутствии доказательств виновности подсудимого (пункт 1.11 приказа).

Я не сомневаюсь, что данный приказ Генерального прокурора известен уважаемому государственному обвинителю, а, поэтому, мне не понятны мотивы, каковыми руководствовался прокурор, настаивая на вынесении подсудимому Уварову Ю.В. обвинительного приговора, несмотря на отсутствие достаточных для этого доказательств.

Считаю необходимым обратить внимание, уважаемого суда, также на основополагающие требования уголовного судопроизводства, согласно которым:
-обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. В связи с этим судам надлежит исходить из того, что обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены (ст. 302 УПК РФ);
-Следует неукоснительно соблюдать принцип презумпции невиновности (ст. 49 Конституции Российской Федерации, ст. 14 УПК РФ), согласно которому все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, толкуются в его пользу. По смыслу закона в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся отдельных эпизодов предъявленного обвинения, формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д. (постановление Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 29.04.1996 г. (с изменениями и дополнениями, внесшими постановлением № 7 от 06.02.2007 г.);
-судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению (ч.1 ст.252 УПК РФ).

Сторона защиты подсудимого Уварова Ю.В. в своей защитительной речи ставит своей целью постараться убедить, уважаемый суд, в том, что прокурором в судебном заседании не представлено объективно собранных доказательств, способных убедить постороннего наблюдателя в виновности подсудимого Уварова Юрия Валентиновича в совершении инкриминируемых ему деяний, в связи с чем, он (Уваров) подлежит оправданию, по следующим основания:

1.Расследование уголовного дела в отношении сотрудников милиции, исполнявших свой служебный долг по охране общественного порядка, проведено с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, что подтверждается:

-исследованным в судебном заседании Заключением служебной проверки ОСБ УВД по СЗАО г. Москвы от 24.02.2009 г. (т.1, л.д.58-96), из которого, в частности, вытекает, что в ходе проверки подтвердить или опровергнуть доводы, изложенные в заявлении Аслаханова М.М., о превышении сотрудниками ОВО «Митино» своих служебных полномочий и причинения вреда здоровья, не представляется возможным, в связи с противоречивостью показаний сторон;

-дополнительно представленным и исследованным в судебном заседании ходатайством стороны защиты от 27.05.2009 г. о нарушении требований: ст. 140 УПК РФ, связанных с возбуждением уголовного дела; ст. 14 УПК РФ, связанных с презумпцией; невиновности; ч.1 ст.171 УПК РФ, связанных с привлечением Уварова в качестве обвиняемого; ч.1 ст. 38 УК РФ, исключающей уголовную ответственность; необходимости принятия мер к обеспечению требований закона при расследовании уголовного дела, незамедлительному ознакомлению обвиняемого Уварова и его защитников с постановлениями о назначении судебных экспертиз, а также заключениями по проведенным экспертизам, и др.;

-дополнительно представленной и исследованной в судебном заседании жалобой в адрес председателя СК при прокуратуре РФ от 02.06.2009 г. об истребовании материалов уголовного дела с целью проверки законности и обоснованности его возбуждения, принятию мер к неукоснительному соблюдению требований закона при дальнейшем его расследовании;

-дополнительно представленной и исследованной в судебном заседании жалобой в адрес министра внутренних дел РФ от 02.06.2009 г. с просьбой проведения дополнительной служебной проверки с целью установления истинных обстоятельств дела, связанных с причинением Аслахановым телесных повреждений исполняющему свои служебные обязанности по обеспечению правопорядка Уварову; установления обстоятельств и лиц, виновных в незаконном освобождении из КАЗ ОВД «Митино» Аслаханова, Гусельникова, Храмова и Гакашева;

-исследованным в судебном заседании Выписным эпикризом из медицинской карты стационарного больного Уварова Ю.В. № 2284 от 25.01.20059 г., из которого следует, что милиционер Уваров Ю.В. был госпитализирован в хирургическое отделение ГКБ № 71 г. Москвы.
Диагноз при поступлении: сотрясение головного мозга, ушибленная рана головы. Уварову было проведено необходимое медицинское обследование и назначено соответствующее лечение. Травму получил 24.01.2009 г. при исполнении служебных обязанностей.
Выписан 26.01.2009 г. под наблюдение врача-невропатолога по месту жительства, назначено амбулаторное лечение.
Диагноз при выписке: сотрясение головного мозга, ушибленная рана головы;

-показаниями на предварительном следствии и в суде подсудимого Уварова Ю.В. об обстоятельствах причинения ему Аслахановым травмы головы;

-показаниями в судебном заседании подсудимых Виноградова, Каюмова и Степанова, а также свидетелей Шигина, Харькова, Кудинова, Толстунова, Седляр и других о том, что сотруднику милиции Уварову Ю.В. при исполнении им служебных обязанностей 24.01.2009 г. были причинены телесные повреждения и по данному поводу он (Уваров) обращался в травматологический пункт;

-исследованными в судебно заседании рапортом на имя начальника ОВД «Митино» Шигина и карточкой происшествия № 9635025, зарегистрированной в КУП за № 1285 от 25.01.2009 г., из которых следует, что 24.01.2009 г., около 03 час. сотрудник милиции Уваров Ю.В. был избит на работе. Диагноз: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга. Госпитализирован в 1-ю травму 4405406 (т.1, л.д.124-125);

-исследованным в судебном заседании заявлением Уварова Ю.В. от 22.05.2009 г.. о привлечении Аслаханова М.М. к уголовной ответственности за причинение ему (Уварову) 24.01.2009 г. при исполнении служебных обязанностей травмы головы (т.4, л.д.7);

-исследованным в судебном заседании постановлением следователя Креховой А.С.от 29.05.2009 г. об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Аслаханова А.М. по той причине, что Уваров Ю.В. ранее, якобы, не ставил вопрос о привлечении Аслаханова к уголовной ответственности (т.4,л.д.8-12);

-исследованным в судебном заседании вступившим в закону силу постановлением Тушинского районного суда г. Москвы от 21.12.2009 г. о признании необоснованными и незаконными действий следователя Креховой А.С., об обязании органы предварительного следствия устранить допущенные нарушения;

-исследованным в судебном заседании постановлением следователя Самойлова Н.В. от 10.02.2010 г. об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Аслаханова А.М. по той причине, что, якобы, ответственность за причинение насилия в отношении представителя власти, а также за оскорбление представителя власти, наступает только в случае противодействия его законной деятельности, однако действия обвиняемого Уварова Ю.В. не могут быть признаны правомерными с учетом имеющихся в деле доказательств его вины (т.6, л.д.90-95).

При этом указания Тушинского районного суда г. Москвы от 21.12.2009 г. о необходимости устранения допущенных нарушений требований закона, изложенные в постановлении следователем Самойловым Н.В. были проигнорированы;

-исследованным в судебном заседании постановлением от 10.02.2010 г. о создании следственно-оперативной группы, из которого вытекает, что к моменту вынесения следователем Самойловым Н.В. постановления (10.02.2010 г.) об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Аслаханова М.М. он (Самойлов) уже был выведен из состава следственно-оперативной группы, расследующей настоящее уголовное дело, в связи с подачей рапорта об увольнением из следственных органов, а поэтому не мог и не имел права выносить такого постановления;

-исследованными в судебном заседании протоколами ознакомления обвиняемого Уварова и его защитника с постановлениями о назначении судебных экспертиз по уголовному делу, из которых следует, что назначение экспертиз производилось следователем с нарушением требований ст. 198 УПК РФ (о чем в протоколах имеются соответствующие записи адвоката). В частности, были нарушены права обвиняемого Уварова Ю.В. знакомиться с данными постановлениями до момента проведения судебных экспертиз, ставить на разрешение экспертов дополнительные вопросы, заявлять отводы эксперту и другие.
Верховным Судом Российской Федерации не ознакомление либо несвоевременное ознакомление обвиняемого с постановлениями о назначении судебных экспертиз по уголовному делу расцениваются, как существенные нарушения права обвиняемого на защиту, могущие повлечь за собой вынесение оправдательного приговора либо отмену обвинительного приговора.

Кроме того, действия (бездействие) следователей Креховой А.С. и Самойлова Н.В., связанные с непринятием предусмотренных законом мер по привлечению к уголовной ответственности Аслаханова М.М., виновного в причинении телесных повреждений находившемуся при исполнении своих служебных обязанностей сотруднику милиции Уварову Ю.В, по мнению защиты, следует расценивать, как незаконные действия, направленные на сокрытие преступления, совершенного в отношении представителя власти.

Тем самым, судебным следствием, на мой взгляд, установлено, что расследование настоящего уголовного дела в отношении сотрудников милиции, исполнявших свой служебный долг по охране общественного порядка, проведено с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, на которые сторона защиты обращала внимание не только следователя, но и вышестоящих должностных лиц правоохранительных органов.

2.Органами предварительного следствия допущены нарушения в применении норм уголовного закона, выразившегося в неправильной квалификации возможных действий подсудимого Уварова Ю.В.

Так, действия подсудимого Уварова органами предварительного следствия квалифицированы по ч.3 ст.286 УК РФ, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших, существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов государства, совершенное с применением насилия и специальных средств.

Сторона защиты считает, что в процессе судебного следствия виновность подсудимого Уварова Ю.В. в совершении инкриминируемых ему деяний не нашла своего подтверждения объективно собранными доказательствами по уголовному делу, поскольку постольку данная квалификация действий сотрудника милиции, исполнявшего свои служебные и функциональные обязанности по обеспечению охраны общественного порядка, на мой взгляд, заведомо являлась юридически не состоятельной, по следующим основаниям.

По смыслу закона (ст.14 УК РФ) не может считаться преступлением общественно-опасное деяние, не предусмотренное уголовным законом, а также не может считаться преступлением деяние, хотя формально и подпадающее под признаки статьи Уголовного кодекса, но в силу ряда обстоятельств лишенное общественно опасного характера

В процессе судебного следствия, как я полагаю, установлено, и ни одой из сторон не оспаривается тот факт, что в ночь с 23.01. на 24.09.2009 г. имели место быть четыре юридически значимых события, а именно:

-первое: массовая драка между гражданами армянской и чеченской национальности, начатая в помещении кафе «Оскар», а затем продолженная на улице, возле указанного кафе, в присутствии большого количества граждан, в которой (драке) принимали участие, в той или иной степени активности, не только допрошенные в судебном заседании Аслаханов, Арсанукев А.М., Арсанукаев М.М., Гусельников, Гакашев, Кехарсаев, Храмов, Мкртчян, Шарян, но и другие, неустановленные следствием граждане армянской национальности;

-второе: избиение группой молодых людей (Буржунов, Грудилин, Сафин и Солодилов) в подземном переходе, в районе Митинского радиорынка, гражданина Рыженко, который является инвалидом в связи с ранее полученными им травмами позвоночника;

-третье: информация о происходящей массовой драке в кафе «Оскар» и об избиении гражданина Рыженко поступила по телефону в дежурную часть ОВД «Митино» и, соответственно, была официально зарегистрирована по соответствующим книгам учета;

-четвертое: подсудимый Уваров к местам массовой драки в кафе «Оскар», а также избиения гражданина Рыженко прибыл на служебной автомашине, в составе группы немедленного реагировании, направленной дежурным по ОВД «Митино» Харьковым, для исполнения им своих служебных и функциональных обязанностей по охране общественного порядка.

По смыслу закона, действия первой группы граждан (кафе «Оскар»), сопровождавшиеся, как установлено судом, нарушением общественного порядка, выражавшегося в явном неуважении к обществу (драка продолжалась и в присутствии сотрудников милиции, и именно последние ее пресекли), образуют, на мой взгляд, состав преступления, предусмотренного ст. 213 УК РФ (хулиганство), если не учитывать сопротивление некоторых из них представителям власти (сотрудникам милиции)..

Аналогичным образом следует, как я полагаю, быть квалифицироваться и действия второй группы граждан по отношению Рыженко, поскольку характер причиненных ему телесных повреждений, по смысл закона, охватывается составом хулиганства.

При этом обращаю внимание уважаемого суда, что из показаний в судебном заседании сотрудников милиции, участвовавших в задержании потерпевшего Аслаханова, вытекает, что после задержания у него был изъят травматический пистолет, в котором патрон был дослан в патронник, то есть пистолет был приведен в боевое состояние.
Факт наличия травматического пистолета подтверждается также самим Аслхановым, другими потерпевшими и свидетелями, допрошенными в судебном заседании.

Обращаю также внимание суда на тот факт, что сотрудник уголовного розыска, каковым является потерпевший Аслаханов М.М., не являлся и не мог являться лицом, выполняющим задачи, связанные с охраной общественного порядка, поскольку:

-охрана общественного порядка возлагается на милицию общественной безопасности, к каковой относятся сотрудники ППС и ГНР ОВД «Митино (ст. 9 Закона о милиции);
-криминальная милиция (к каковой относится 2-ой отдел 1 ОРЧ по линии УР ГУВД по г. Москвы) является органом дознания. Она лишь оказывает содействие милиции общественной безопасности в исполнении возложенных на нее обязанностей (статья 8 Закона о милиции).

Я думаю, что нет необходимости напоминать, уважаемому суду, о широко известных общественности случаях применения травматического оружия против безоружных людей (убийство болельщика футбольного клуба «Спартак» на Ленинградском проспекте, убийство сотрудником МВД РФ рабочего снегоуборочной машины на Кутузовском проспекте, и т.д.).

На мой взгляд, нет также необходимости напоминать, уважаемому суду, о тех трагических событиях, последовавших за убийством вышеуказанного болельщика и принятых, в связи с этим, мерах в Российской Федерации.

Потерпевший Аслаханов пояснил суду, что в кафе «Оскар» он приехал с целью оказания помощи своему другу Арсанукаеву А.М., которого собирались избить граждане армянской национальности, а травматический пистолет он (Аслаханов) взял для самообороны, поскольку имеет разрешение на его ношение. При этом в данной ситуации он действовал, как сотрудник милиции, пытаясь задержать и доставить в отделение милиции гражданина армянской национальности, ударившего Арсанукаева А.М. бутылкой по голове, т.п.
Данные показания Аслаханова я даже не стану комментировать, поскольку и противоречивость и абсурдность заложена в них самих, и, к тому же, Аслаханов явно перепутал понятия служебного долга с личными интересами его друзей.

А в том, на какие выражения и поступки способен потерпевший Аслаханов, он (Аслаханов) наглядно продемонстрировал в судебном заседании, в момент его (Аслаханова) удаления из зала судебного заседания за нарушение порядка.

Хочу обратить внимание, уважаемого суда, что в добрые советские времена, которые в настоящее время так модно стало «очернять», сотрудники 2-го отдела Московского уголовного розыска, во-первых, оружие брали только на задержание особо опасных вооруженных преступников, и, кстати, в судебном заседании вести себе таким образом никогда не позволяли; во-вторых, в свободное от работы время они оружие с собой не носили для самообороны, поскольку считали это трусостью; и, наконец, в-третьих, иногда они, действительно, помогали своим друзьям, попавшим в сложную жизненную ситуацию, но при этом, оружия с собой не брали, своего служебного удостоверения кому-либо не демонстрировали, поскольку понимали отличие, чем отличается оперативный сотрудник от обычного милиционера.

И хотел бы привести один пример: Где-то в 1988-1989 г.г. председатель КГБ СССР, в то время Крючков, уволил одного из оперативных сотрудников «Лубянки», замеченного в аналогичных с Аслахновым действиях, но, кстати, не имевшего с собой какого-либо оружия, в течение нескольких часов после окончания следователем допроса этого офицера в качестве свидетеля, со следующей формулировкой: «За дискредитацию звания офицера органов государственной безопасности.

Обращаю внимание уважаемого суда, что Аслаханов, как и другие лица, участвовавшие в хулиганских действиях в ночь на 24.01.2009 г., каким-то «странным» образом, смогли избежать уголовной ответственности за совершенные ими противоправные деяния.
Кроме того, Аслаханов, по-прежнему, продолжает работать в той же должности, которую он занимал на момент совершения им указанных противоправных деяний, а, возможно, он уже получил повышение по службе в нынешней полиции.

Но еще более «странным» для меня представляется дальнейшее развитие событий, а именно:

Аслаханов и вышеуказанные граждане, по двум эпизодам противоправных деяний, за исключением, Арсанукааева А.М. Арсанукаева М.М. и Кехарсаева, из правонарушителей, которые в любом правовом государстве, безусловно, понесли бы уголовную ответственность за ими содеянное, по истечение четырех месяцев с момента указанных событий, вдруг неожиданно превратились в потерпевших по настоящему уголовному делу.

При этом, Аслаханов, Гакашев, Гусельников и Храмов обвиняют сотрудников ОВД «Митино» Виноградова, Каюмова, Степанова и Уварова ни в чем ином, как в превышении ими своих служебных полномочий, поскольку они, выполнив свои обязанности по пресечению массовой драки в общественном месте, но задержали не граждан армянской национальности, а их самих. Именно эта мысль отчетливо проявляется в показаниях всех потерпевших по данному эпизоду на предварительном следствии и в судебном заседании.

Но и этого, кому-то было мало, поскольку «потерпевшие» по эпизоду в кафе «Оскар» внезапно озаботились судьбою молодых людей, избивших гражданина Рыженко; стали активно названивать им по мобильным телефонам, склоняя к подаче заявлений о возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников ОВД «Митино» за, якобы, незаконное их задержание и доставление в отделение милиции. И хотя таких заявлений от указанных молодых людей не поступило, но следователь, тем не менее, возбудила уголовное дело и по данному эпизоду.

Указанны факты, на мой взгляд, в полной мере нашли свое подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами. При этом потерпевшие Буржунов, Грудилин, Сафин и Солодилов, а также свидетель обвинения Солодилова (мать последнего) дали суду, как я полагаю, исчерпывающие показания о способах и методах их допросов на стадии предварительного следствия по настоящему уголовному делу.

Обращаю также внимание, уважаемого суда, на показания в судебном заседании свидетелей обвинения Арсанукаева М.М. и Кехарсаева, из которых следует, что сотрудники милиции по отношению к ним никакого насилия не применяли, их не задерживали, в служебную автомашину не сажали; специальных средств (наручники) к ним не применяли, поскольку они (Арсанукаев М.М. и Кехарсаев) никаких противоправных действий не совершали.

В судебном заседании допрашивался потерпевший Храмов, который пояснил суду, что он (Храмов) никаких претензий к подсудимым он не имеет, поскольку они никаких насильственных действий в отношении него не совершали, насильно в служебную автомашину не сажали, специальные средства (наручники) на него не надевали, поскольку он (Храмов) не нарушал общественного порядка.

Кроме того, из показаний свидетеля Арсанукаева М.М. в судебном заседании следует, что он (Арсанукаев) не видел, чтобы сотрудники милиции избивали кого-либо из его друзей, не избивали они также и его брата Арсанукаева А.М., брата не задерживали, специальных средств (наручники) к нему (брату) не применяли.

Тем самым, из вышеперечисленной группы граждан чеченской национальности, в той или иной степени активности принимавших участие в конфликте с гражданами армянской национальности были задержаны, насильственно сопровождены в служебную автомашину и доставлены в ОВД «Митино» лишь трое (Аслаханов, Гакашев и Гусельников), к которым были применены и спецсредства (наручники). Четвертому – Храмову было лишь предложено сесть в служебную автомашину для проследования в ОВД и производства разбирательства по факту массовой драки.

К остальным, троим гражданам чеченской национальности (Арсанукаев А.М., Арсанукаев М.М. и Кехарсаев), участвовавшим в массовой драке с гражданами армянской национальности, со стороны сотрудников милиции никакого физического насилия не применялось, они не задерживались и в отделение милиции не доставлялись, поскольку в присутствии сотрудников милиции они никаких противоправных действий не совершали.

Считаю необходимым обратить внимание, уважаемого суда, что подсудимый Уваров, также как и другие подсудимые, в вышеописанных ситуациях, связанных с нарушением общественного порядка, действовал в полном соответствии с требованиями закона РФ «О милиции», за рамки предоставленных ему полномочий, на мой взгляд, не выходил.

Согласно пункту 1 ст. 10 Закона о милиции, милиция в соответствии с поставленными перед ней задачами обязана предотвращать и пресекать преступления, а также административные правонарушения.

Сотрудники милиции не несут ответственности за моральный, материальный и физический вред, причиненный правонарушителю применением в предусмотренных настоящим законом случаях физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия, если причиненный вред соразмерен силе оказываемого противодействия (статья 23 Закона.)

Аналогичная норма содержится и в ч.1 ст.38 УК РФ, из которой следует, что не является преступлением причинение вреда лицу, совершившему преступление, при его задержании для доставления органам власти и пресечения возможности совершения новых преступлений, если иными средствами задержать такое лицо не представлялось возможным и при этом не было допущено превышения необходимых для этого мер.

Однако, несмотря на вышеуказанные требования закона, данные вопросы следствием, избравшим строго обвинительный уклон, в процессе вообще не исследовались; таких доказательств сторона обвинения суду не представила.

Не исследовались на предварительном следствии также вопросы о, возможном, совершении подсудимым Уваровым определенных действий в состоянии крайней необходимости, с целью пресечения нарушений общественного порядка, что не является преступлением (ч.1 ст. 39 УК РФ) либо совершения им определенных действий при превышении крайней необходимости (ч.2 ст. 39 УК РФ), что является преступлением лишь в случае умышленного причинения такого вреда.

Исследованными в судебном заседании заключениями судебно-медицинских экспертиз установлено, что обнаруженные у потерпевших телесные повреждения, расценивается экспертами как повреждения, не причинившие вреда здоровью.
При этом, в большинстве случаев, в заключениях указывается о невозможности установления давности их причинения в связи с отсутствием в представленных экспертам медицинских документах четкого описания и локализации данных повреждений.

Исследованным судом протоколом ознакомления обвиняемого Уварова Ю.В. и его защитника с материалами уголовного дела в порядке ст.217 УПК РФ, установлено, что после ознакомления с материалами адвокатом Качаном ЮИ. было заявлено ходатайство с изложением вышеперечисленных нарушениях требований закона, допущенных при расследовании уголовного дела.

С учетом изложенного, сторона защиты считает, что квалификация действий подсудимого Уварова Ю.В по части 3 ст. 286 УК РФ заведомо являлась юридически несостоятельной, что, в конечном счете, привело к необоснованному затягиванию расследования настоящего уголовного дела, не имеющего, на мой взгляд, судебной перспективы.

3.В основу обвинения Уварова Ю.В. в совершении инкриминируемых ему деяний органами предварительного расследования положены домыслы либо предположения, а также противоречивые доказательства, не нашедшие своего подтверждения в судебном заседании.

По смыслу закона (ст.171 УПК РФ) следователь выносит постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого лишь при наличии достаточных доказательств для обвинения данного лица в совершении преступления.
Достаточными доказательствами для обвинения лица можно считать такой их объем, который устанавливает событие и состав преступления, а также виновность в его совершении лица, привлекаемого в качестве обвиняемого.

Защита считает, что данные требования уголовно-процессуального закона были нарушены в процессе предварительного расследования, что привело к незаконному и необоснованному привлечению Уварова к уголовной ответственности, о чем свидетельствуют следующие факты:

1).Следствие утверждает, что Уваров не принял предусмотренных законом мер к задержанию неустановленного следствием мужчины армянской национальности, нанесшего удар бутылкой по голове Арсанукаеву А.М.

Считаю данные утверждения следствия надуманными, поскольку государственным обвинителем не представлено суду каких-либо объективных доказательств тому, что подсудимому Уварову данный мужчина был известен; что кто-либо из потерпевших или свидетелей указывал на данного человека непосредственно Уварову; что Уваров имел реальную возможность задержать данного человека, но, в нарушении возложенных на него законом обязанностей, не принял мер к его задержанию.

Подсудимый Уваров показал суду, что, спустившись, в кафе «Оскар» они (сотрудники милиции) не нашли там человека, ударившего Арсанукаева А.М. бутылкой по голове; на данного человека никто из потерпевших либо свидетелей ему (Уварову) не показывал, а, поэтому, он не имел какой-либо возможности задержать данного человека..

Свидетели Толстунов и Кудинов пояснили суду, что в помещении кафе «Оскар» человек, ударивший Арсанукаева А.М. бутылкой по голове, ими (сотрудниками милиции) обнаружен не был.

Обращаю внимание уважаемого суда, что ни один из потерпевших либо свидетелей по настоящему уголовному делу на предварительном следствии или в суде никогда не утверждал, что именно Уварову он указывал в кафе «Оскар» на гражданина, ударившего Арсанукаева А. бутылкой по голове; таких доказательств стороной обвинения суду представлено не было.

В силу закона (ч.3 ст.49 Конституции РФ) не устранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.

Тем самым, в процессе судебного следствия стороной обвинения не представлено суду каких-либо доказательств виновности подсудимого Уварова Ю.В. в непринятии предусмотренных Законом о милиции мер к задержанию лица, нанесшего Арсанукаеву удар бутылкой по голове, в связи с чем, Уваров подлежит оправданию в данной части предъявленного обвинения, поскольку такого преступления он не совершал.

2).Следствие утверждает, что Уваров, действуя вопреки интересам службы и пренебрегая своими должностными обязанностями, подстрекаемый Виноградовым, применил к Гусельникову специальные средства наручники, нанес ему не менее одного удара кулаком в лицо, и совместно со Степановым довел его (Гусельникова) до служебного автомобиля «Соболь», нанося при этом последнему множественные (не менее двух) удары руками по голове и туловищу.

Однако и данные утверждения следствия опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, а именно:

-показаниями в судебном заседании подсудимого Уварова, согласно которым, он (Уваров) не задерживал Гусельникова, специальные средства – наручники к нему (Гусельникову) не применял, и ему (Гусельникову) каких-либо ударов руками по голове и туловищу не наносил, он (Уваров) даже не может точно утверждать, спускался ли вообще Гусельников с сотрудниками милиции в кафе «Оскар»;

-показаниями в судебном заседании свидетеля обвинения Арсанукаева М.А., из которых следует, что он (Арсанукаев) не помнит, с кем именно из сотрудников милиции спускался в бар «Оскар», точно не может сказать, были ли это Степанов и Уваров. Он (Арсанукаев) не видел, чтобы кто-либо из сотрудников милиции избивал Гусельникова, не видел также, чтобы сотрудники милиции избивали его брата Арсанукаева А. А.;
На улице он (Арсанукаев) увидел Гусельникова, у которого на руках были надеты наручники, спросил у сотрудников милиции: За что Гусельникову надели наручники? Ему (Арсанукаеву) ответили, что Гусельников ведет себя буйно;

-показаниями в судебном заседании свидетеля обвинения Арснукаева А.А., из которых следует, что из подсобного помещения кафе «Оскар» он (Арсанукаев) позвонил по мобильному телефону Гусельникову, и тот ему сообщил, что граждане армянской национальности избивают его (Гусельникова) на улице, возле кафе «Оскар»;

-противоречивыми показаниями на предварительном следствии и в судебном заседании потерпевшего Гусельникова, из которых вытекает, что: Одна девушка, сидящая за столиком, стала оскорблять чеченцев, он (Гусельников) сделал ей замечание, но она продолжала оскорбления. Сотрудники милиции заломили ему (Гусельникову) руки за спину, надели наручники, и выволокли его на улицу, при этом нанесли несколько ударов. В бар спустились Степанов и Уваров, он (Гусельников) считает, что это они сбили его с ног и надели наручники.
На улице он (Гусельников) увидел, что его друзей избивают сотрудники милиции. Он (Гусельников) спросил их: Что вы делаете? Но ему кто-то нанес удар по голове чем-то металлическим, возможно это был удар рукояткой пистолета. Кто нанес ему удар по голове он (Гусельников) не видел.
До посещения кафе «Оскар» он и Арсанукаев А.М. употребляли спиртные напитки у него (Гусельникова) дома, затем он (Гусельников) пил пиво. В баре они взяли одну бутылку водки и распили ее.

На вопросы адвокатов: Да, он (Гусельников) подтверждает показания свидетеля Арсанукаева А.М. о том, что его (Гусельникова) на улице, возле кафе «Оскар», избили граждане армянской национальности, которые требовали, чтобы он (Гусельников) указал местонахождения Арсанукаева А.М. Кто именно из армян его избивал он (Гусельников) уже не помнит. Звонил ли ему по мобильному телефону из подсобного помещения Арсанукаев, он также не помнит,

По ходатайству прокурора оглашены показания, данные потерпевшим Гусельниковым в процессе предварительного следствия:

-(т.2, л.д. 21-24): Конфликт с армянами начался еще за столиком, причины возникновения конфликта я уже не помню. Я не знаю лиц, избивавших меня на улице, но, возможно, это были сотрудники милиции, которые вывели меня из бара. Кто ударил меня по голове, я не знаю;

-(т.5, л.д.103-111): При задержании меня сотрудники милиции наносили мне удары по туловищу. Я не видел хорошо, как задерживают Гакашева.

-(т.5, л.д.165-176): Уваров один раз ударил меня по лицу, в левую бровь. Когда меня тащили из бара на улицу, то я видел, что и Уваров принимает в этом участие. Кто меня положил на капот автомашины, я не видел, а также не видел, кто именно меня бил когда я лежал на капоте.

-показаниями в судебном заседании свидетеля Седляр В.Н., из которых следует, что потерпевшего Гусельникова из кафе «Оскар» вывели Кудинов и Толстунов; Уваров Гусельникова из кафе не выводил. Он (Седляр) не помнит, применялись ли к Гусельникову спецсредства (наручники) Кудиновым и Толстуновым;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Толстунова С.А., из которых следует, что в кафе «Оскар» Гусельников вел себя неадекватно, два раза упал на столики, за которыми сидели посетители кафе, в связи с чем, возник конфликт, произошла драка. Чтобы пресечь драку, он (Толстунов) и Кудинов вывели Гусельникова на улицу, заломив ему руки за спину. Уваров участия в задержании Гусельникова не принимал.
На улице Гусельников вновь стал вести себя агрессивно, в связи с чем, он (Толстунов) или Кудинов, точно не помнит, надели ему на руки наручники. Уваров не надевал Гусельникову наручники и в автомашину «Соболь» его (Гусельникова)не доставлял;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Кудинова Р.О., из которых следует, что в кафе «Оскар» Гусельников упал на стол, затеял драку. Он (Кудинов) и Толстунов вывели Гусельникова на улицу, заломив ему руки за спину. Уже на улице надели Гусельникову наручники и отвели в автомашину «Соболь». Уваров не задерживал Гусельникова в кафе «Оскар», не надевал ему наручники на руки, не избивал Гусельникова и не доставлял его в автомашину «Соболь»;

-исследованным в судебном заседании заключением СМЭ № 841/3558, из которого вытекает, что судмедэксперту была представлена подлинная амбулаторная карта Гусельникова из НИИСП им. Склифосовского. Диагноз: Ушибы. Ссадины мягких тканей головы. Алкогольное опьянение. Алкотест № 374 – этанол в выдыхаемом воздухе 3,2 %. Обнаруженные телесные повреждения, как в совокупности, так и по отдельности, не повлекли за собой кратковременное расстройство здоровья и незначительной стойкой утраты трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Обращаю внимание, уважаемого суда, что согласно сведениям, содержащимся в Краткой медицинской энциклопедии, существуют три степени алкогольного опьянения (легкая, средняя и тяжелая). Наличие алкоголя в крови от 2,5 до 3,0 % квалифицируется, как тяжелая степень алкогольного опьянения, при которой человек не помнит, что с ним происходило в состоянии алкогольного опьянения.
При увеличении алкоголя в крови от 3,0 до 5,0 % (у Гусельникова – 3,2 %) развивается тяжелое отравление с возможным летальным исходом.

Тем самым, представленные стороной обвинения суду доказательства виновности подсудимого Уварова Ю.В. в применении физического насилия по отношению к Гусельникову, не только не нашли своего подтверждения в процессе судебного следствия, но и были опровергнуты показаниями подсудимого Уварова, а также свидетелей Седляр, Кудинова Толстунова, в связи с чем, Уваров подлежит оправданию и в данной части предъявленного ему обвинения. поскольку никакого преступления в отношении Гусельникова он не совершал.

3).Следствие утверждает, что Уваров, после того, как Каюмов и Степанов применили к Гакашеву специальные средства (наручники), якобы, подстрекаемый Виноградовым, подверг избиению находящегося в наручниках Гакашева, нанеся ему множественные (не менее двух) удары ногами и руками по различным частям тела.

Однако и данные утверждения органов предварительного следствия являются юридически несостоятельными, поскольку они опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, а именно:

-противоречивыми показаниями в судебном заседании потерпевшего Гакашева, из которых, в частности, вытекает: Затем в присутствии сотрудников милиции один из армян нанес ему удар кулаком в голову Арсанукаеву А.М., тот упал на землю. Он (Гакашев) схватил этого армянина, и они вдвоем также упали на землю.

Он (Гакашев) встал между Арсанукаевым А.М. и ударившим его армянином, и спросил последнего: Что ты делаешь? В это время сотрудники милиции сбили его (Гакашева) с ног, он упал на землю, и сотрудники милиции стали избивать его.
Он (Гакашев) не исключает того, что сотрудники милиции могли его перепутать с армянином, ударившим кулаком в лицо Арсанукаева А., поскольку он (Гакашев) и армянин чем-то похожи друг на друга.

На вопросы прокурора Гакашев, в частности, пояснил суду, что ближе всех от него (Гакашева) находился подсудимый Уваров, а поэтому он (Гакашев) считает, что именно Уваров избивал его, когда он лежал на земле.

Обращаю внимание, уважаемого суда, что потерпевший Гакашев высказал всего лишь предположение о том, что подсудимый Уваров мог применить к нему физическое насилие, когда он (Гакашев) лежал на земле, однако категорически этого потерпевший не утверждал;

-исследованным в судебном заседании протоколом допроса Гакашева (т.1, л.д.295-298), в котором об Уварове, как о лице, применившем к нему (Гакашеву) насилие, вообще не идет речь.

Позднее, в процессе предварительного следствия, Гакашев стал утверждать, что Уваров нанес ему (Гакашеву) один удар в межреберную область. Показания Гакашева в данной части были также исследованы в судебном заседании (т.5, л.д.53-61; 232-239).

Обращаю внимание уважаемого суда, что даже в этом случае в показаниях Гакашева речь идет всего лишь об одном ударе в межреберную область, но ни в коем случае не о множественных ударах руками и ногами, как утверждает следствие;

-исследованными в судебном заседании показаниями потерпевшего Гакашева (т.5, л.д. 62-67), из которых следует, что его (Гакашева) кто-то сбил с ног, и он упал на землю. Сотрудники милиции стали его избивать, среди них был и Уваров;

-исследованным в судебном заседании протоколом опознания Уварова потерпевшим Храмовым (т.3, л.д. 121-124), из которого вытекает, что он (Храмов) не может утверждать, что Уваров избивал Гакашева;

-исследованным в судебном заседании протоколом очной ставки между обвиняемым Уваровым и потерпевшим Аслахановым, из которого следует, что он (Аслаханов) видел, как в присутствии сотрудников милиции Гакашев схватил армянина, ударившего кулаком в лицо Арсанукаева, они оба упали на землю, между ними возникла потасовка;

-показаниями в судебном заедании потерпевшего Аслаханов М.М., из которых вытекает: Вместе с сотрудниками милиции Гакашева избивал также один из армян;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Кехарсаева, из которых следует, что армянин стал избивать лежащего на земле Гакашева. Один из сотрудников милиции схватил сзади за плечи армянина, избивавшего Гакашева, и оттянул его от него.

На вопрос адвоката Качана Ю.И., свидетель Кехарсаев, в частности, пояснил суду, что он (Кехарсаев) не может подтвердить либо опровергнуть того, что именно Уваров был тем сотрудником милиции, который оттянул за плечи армянина, избивавшего Гакашева, и тем самым прекратил избиение последнего;

-показаниями в судебном заседании подсудимого Уварова, из которых следует, что в присутствии сотрудников милиции началась драка между Гакашевым и неизвестным армянином, они упали на землю и стали друг друга избивать. Именно он (Уваров) является тем сотрудником милиции, который оттянул за плечи от Гакашева избивавшего его армянина, тем самым прекратив его (Гакашева) избиение.
При этом подсудимый Уваров пояснил суду, что оттянув от Гакашева неизвестного ему (Уварову) армянина, он (Уваров) пытался задержать данного человека для доставления в ОВД «Митино», но тот оказал ему (Уварову) физическое сопротивление, вывернулся из его рук и куда-то убежал.
К самому же Гакашеву он (Уваров) вообще не приближался, его не задерживал, и, тем более, каких-либо ударов ему (Гакашеву) не наносил и не мог наносить, так как в это время оттягивал избивавшего его (Гакашева) армянина, и пытался задержать последнего;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Марещук С.В., из которых следует: Затем началась драка между гражданами чеченской и армянской национальности. Гакашев и неизвестный мужчина армянской национальности упали на землю, разбив при этом фару у стоявшей рядом с ними автомашины, стали друг друга избивать.
Уваров и Степанов сдерживали армян, а он (Марещук) и Кудинов задержали Гакашева, который вел себя неадекватно. Он (Марещук) или Кудинов (кто именно точно не помнит) надели на Гакашева наручники, так как не могли бы его доставить в автомашину, поскольку он оказывал сопротивление. Им (Марещуку и Кудинову) помогал сопровождать Гакашева в автомашину «Соболь» подсудимый Каюмов.

На вопросы адвоката Качана свидетель Марещук пояснил суда: Я узнаю сидящего в зале судебного заседании Гакашева, именно его задерживали я и Кудинов. Уваров Гакашева не задерживал; каких-либо ударов Гакашеву Уваров не наносил; в автомашину «Соболь» Уваров Гакашева не сопровождал; в автомашине «Соболь» Уваров никого из задержанных не избивал;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Кудинова Р.О., из которы,х вытекает: Затем на улице два кавказца (Гакашев и армянин) начали драку, упали на землю, разбив при этом фару какой-то автомашины. Он (Кудинов) и Марещук задержали Гакашев, при этом Марещук надел Гакашеву на руки наручники, так как тот оказывал им (сотрудникам милиции) сопротивление. Каюмов помогал им (Кудинову и Марещуку) сопровождать Гакашева в автомашину «Газель».
Уваров не задерживал Гакашева, не надевал на него наручники, не избивал Гакаева и не доставлял его в автомашину «Газель»;

-показаниями в судебном заседании подсудимого Каюмова Р.Р., из которых следует, что он (Каюмов), что он действительно помог Кудинову и Марещук сопроводить в служебную автомашину «Газель» ими задержанного Гакашева. Уваров в задержании Аслаханова, и в его сопровождении в служебную автомашину «Газель» участия не принимал;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Арсанукаева М.А., из которых, в частности, вытекает: На улице я увидел драку, раздавались крики на чеченском языке; я не стал вмешиваться в конфликт. Сотрудники милиции предложили мне сесть в а/м «Газель», я сел туда, после вышел из автомашины, чтобы позвонить по мобильному телефону родственникам Аслаханова М.М. по его просьбе.
Он (Арсанукаев) не видел, чтобы кто-либо из сотрудников милиции избивал задержанных в служебной автомашине «Газель».
Ни ко нему (Арсанукаеву), ни к его брату (Арсанукаеву А.А.) никто из сотрудников милиции не применял какое-либо насилие. Он (Арсанкаев) не видел, чтобы Уваров избивал кого-нибудь из его знакомых;

-исследованным в судебном заседании заключением судебно-медицинского эксперт № 287/3446 (т.1 л.д.217-218), согласно которому, у Гакашева отсутствуют какие-либо повреждения в межреберной области.
При этом эксперт пришел к выводу о том, что зарытый перелом венечного отростка левой локтевой кости относится к телесным повреждениям, повлекшим кратковременное расстройство здоровья; другие повреждения (ссадина в лобной кости, кровоподтек на боковой поверхности шеи слева и циркулярные ссадины в области обоих лучезапястных суставов) не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья и незначительной стойкой утраты трудоспособности, поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Тем самым, исследованным судом заключением судебно-медицинского эксперта опровергаются показания Гакашева о нанесении ему подсудимым Уваровым удара в межреберную область.

Обращаю также внимание, уважаемого суда, что зарытый перелом венечного отростка левой локтевой кости, повлекший кратковременное расстройство здоровья, мог быть получен Гакашевым при падении на землю в процессе драки; ударе о фару автомобиля, о чем шла речь выше.
Однако данные вопросы на разрешение судебно-медицинского эксперта следователем поставлены не были, экспертом не исследовался, а поэтому не нашли своего отражения в экспертном заключении.

На мой взгляд, нельзя также исключать того факта, что и остальные незначительные телесные повреждения, перечисленные в заключении эксперта, за исключением циркулярных ссадин в области обоих лучезапястных суставов, могли быть также получены Гакашевым в процессе его драки с гражданином армянской национальности.

Тем самым, представленные стороной обвинения суду доказательства о виновности подсудимого Уварова Ю.В. в применении физического насилия по отношению к Гакашеву, не только не нашли своего подтверждения в процессе судебного следствия, но и были опровергнуты показаниями подсудимого Уварова, а также свидетелей Марещук и Кудинова, в связи с чем, Уваров подлежит оправданию и в данной части предъявленного ему обвинения, поскольку никакого преступления он в отношении Гакашева не совершал.

4).Следствие утверждает, что Уваров в нарушение закона о милиции подверг избиению оперуполномоченного 2 отдела 1 ОРЧ о линии УР ГУВД по г. Москве Аслаханова, в результате чего, последнему были причинены телесные повреждения.

Однако и данные утверждения следствия, на мой взгляд, не нашли своего подтверждения либо были опровергнуты в процессе судебного следствия, что подтверждается:

-противоречивыми показаниями потерпевшего Аслаханов М.М. в судебном заседании, из которых, вытекает: Он (Аслханов) не может утверждать, что подсудимый Уваров наносил ему какие-либо удары либо совершал в отношении него (Аслаханова) иные насильственные действия.

По ходатайству прокурора судом исследованы показания, данные потерпевшим Аслахановым в процессе предварительного следствия:

-(т.1, л.д.200-204):: Армянин ударил Арсанукаева А.М. кулаком в лицо, после чего, началась потасовка, в которой участвовали Арсанукаев А.М, Арсанукае М.М. и лица армянской национальности. Меня избивали три сотрудника милиции.

-(т.4, л.д.126-134): Уваров прибыл с другими сотрудниками ППС, нецензурно выражался, вел себя неадекватно. Приехало к кафе «Оскар», примерно 8-9 сотрудников ППС.
Один из молодых людей, с которыми ранее у Арсанукаева А.А. был конфликт, начал потасовку с Ахмедом, напрыгнув на него. Стоявший рядом с ними Гакашев, поскользнулся и упал. Группа молодых людей армянской национальности, совместно с подошедшими сотрудниками ППС, необоснованно напали на Гакашева и стали наносить ему побои. Среди избивавших Гакашева А. были и сотрудники милиции
Уваров был в числе сотрудников милиции, которые осуществляли его (Аслаханова) задержание. Он не может утверждать, что Уваров избивал его (Аслаханова).
Пистолет находился при нем (Аслаханове), в кобуре, он (Аслаханов) не вынимал пистолет из кобуры.
Да, он (Аслаханов) утверждаю, что потасовка началась в присутствии сотрудников милиции. Он (Аслаханов) считает, что в данном случае сотрудники милиции действовали правомерно, пресекая конфликт;

-исследованными в судебном заседании показаниями потерпевшего Гусельникова (т.5, л.д.135-140), из которых, в частности, вытекает, что у Аслаханова было повреждение на лице, возникало такое впечатление, что Аслаханова повозили лицом по земле;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Мкртчяна Л.Н.: В кафе «Оскар» он (Мкртчян) подошел к своему однокласснику Гусельникову, чтобы поздравить его с днем рождения. За столом произошла ссора с Арсанукаевым А.А., который стал его (Мкртчяна) нецензурно оскорблять. Возле туалета Арсанукаев А. А. ударил его друга Шаряна А. кулаком в лицо, в результате чего, причинил ему синяк под глазом.
Затем приехали чеченцы и вызвали нас (Мкртчяна и Ширяна) на улицу, чтобы разобраться с ними.
На улице чеченцы стали их (Мртчяна и Шаряна) оскорблять такими плохими словами, которые он не может даже произнести в суде, по этой причине на улице между ними (Мкртчяном и Шаряном) завязалась драка.
Аслаханов пытался посадить его (Мкртчяна) в какую-то автомашину марки «Ленд-крузер» с частными номерами, но он отказался садиться туда, опасаясь за свою жизнь.
На улице в драке участвовали, примерно 8-9 человек, с одной стороны, в драке участвовали он (Мкртчян) и его друг Шарян А., а, с одной стороны, 6-7 чеченцев. Все участвующие в драке лица наносили удары друг другу.
Приехавшие сотрудники милиции, вначале разняли драку, а затем стали разбираться, он (Мкртчян) слышал, что они стали ругаться с чеченцами.
Драку разняли сотрудники милиции. Он (Мкртчян) считает, что именно сотрудники милиции прекратили противоправные действия чеченцев по отношению к нему (Мкртчяну) и его другу Шаряну.

По ходатайству прокурора оглашены показания, данные свидетелем Мкртчяном в процессе предварительного следствия:

(т.2, л.д.6-8): На улице Арсанукаев А.А. вновь стал оскорблять нас нехорошими словами, началась драка, которая продолжалась в течение 1-2 минуты. Я видел, как на улице сотрудники милиции задержали двух чеченцев. Я не видел, чтобы сотрудники милиции применяли специальные средства либо избивали чеченцев;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Шаряна А.: Возле туалета Арсанукаев А.А. ударил его (Ширяна) кулаком в лицо, он (Ширян) нанес ему (Арсанукаеву) ответный удар кулаком в лицо.
Спустя некоторое время работники кафе сказали им (Шаряну и Мкртчяну), что приехали чеченцы разбираться с вами, и сказали, чтобы мы входили на улицу.

На улице их (Шаряна и Мкртчяна) чеченцы стали оскорблять нецензурными словами, в связи с этим, вновь возникла драка. Их было двое (он и Мкртчян), а чеченцем, примерно, 6-7 человек.

На вопросы адвокатов: Он (Шарян) написал заявление в ОВД «Митино» с просьбой привлечь к уголовной ответственности чеченцев, которые избили его, причинив телесные повреждения. Каковы результаты рассмотрения его (Шаряна) заявления ему не известно.
Мкртчяна чеченцы пытались насильно посадить в какой-то джип с гражданскими номерами, но он (Шарян) и Мкртчян не позволили им это сделать.
Он (Ширян) считает, что сотрудники милиции выполнили свои обязанности по пресечению незаконных действий чеченцев, так как на улице их двоих (Шаряна и Мкртчяна) избивали 6-7 чеченцев.
После произошедших событий он (Шарян) и Мкртчян встречались с чеченцами, разговаривали с ними, все пришли к мнению, что между нами произошло недоразумение.

На вопросы суда: Когда сотрудники милиции сажали задержанных чеченцев в милицейскую автомашину, то он (Шарян) слышал, как чеченцы кричали милиционерам: «Вы еще не знаете, кого вы задерживаете!». Применяли ли чеченцы насилие в отношении сотрудников милиции, он (Шарян) не видел.

По ходатайству прокурора оглашены показания, данные свидетелем Шаряном А. в процессе предварительного следствия:

(т.2, л.д. 17-20): На улице Арсанукаев А.А. стал оскорблять их (Ширяна и Мкртчяна) нецензурными словами и высказывать угрозы физической расправы.

На вопрос прокурора: Оглашенные показания он (Ширян) подтверждаю лишь частично. Он (Ширян) не подтверждаю того, что на улице чеченцы с ними вели себя мирно, так как они их (Шаряна и Мкртчяна) чеченцы в действительности избивали. Все происходило так, как он сегодня рассказывал в судебном заседании.

На вопросы адвокатов: На него (Шаряна) следователь оказывал психологическое давление. Он ему (Шаряну) говорил: «Ну ты парень попал, ты не знаешь на кого ты нарвался!»

На вопросы суда: Он (Шарян) не говорил, что один из чеченцев представился сотрудником милиции. Он (Шарян) просит доверять показаниям, которые он дает в настоящем судебном заседании;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Кудинова Р.О., из которых следует, что: К Аслаханову подошли он (Кудинов), Степанов и Уваров. Аслаханов стал их оскорблять нецензурными словами, затем внезапно толкнул рукой Уварова в грудь, тот упал на землю, ударившись головой об автомашину. После этого, он (Кудинов) и Степанов приняли решение о задержании Аслаханова.

На вопросы адвокатов: Уваров не задерживал и не избивал Аслаханова, не доставлял его в автомашину «Соболь». Он (Кудинов) и Степанов стали задерживать Аслаханова только после того, как он толкнул Уварова.
Он (Кудинов) помнит, что после задержания Аслаханова видел у него на лице какую-то ссадину. При задержании Аслаханов упал лицом вниз, как бы, «припечатавшись» к земле. Так как было очень скользко, то он (Кудинов) и Степанов упали на лежащего на земле Аслаханова.

На вопросы прокурора: Аслаханов оттолкнул только Уварова, находящегося в форме сотрудника милиции, и сразу после этого он (Кудинов) и Степанов стали задерживать Аслаханова;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Степановой Д.М., из которых, вытекает, что в ночь с 23.01. на 24.01.2009 г. она со своей сестрой (Степановой А.М,) и подругой находились в ОВД «Митино», у их общего знакомого Мюльберга. Аслаханова Мансура она хорошо знает, и в эту ночь видела его в ОВД «Митино», общалась с ним. На лице Аслаханова она (Степанова) видел лишь небольшие царапины, никаких серьезных повреждений у него не было.
Она (Степанова), по просьбе Аслаханова, позвонила по мобильному телефону его (Аслаханова) другу Умаеву Артуру, сообщив о произошедшем с ним инциденте. При этом мобильный телефон для этой цели ей дал ее (Степановой) двоюродный брат подсудимый Степанов.
Она же (Степанова) попросила ответственного дежурного по ОВД «Митино» Мюльберга помочь Аслаханову освободиться из КАЗа, так как опасалась, что после его (Аслаханова) хулиганской выходки в кафе «Оскар», он будет уволен из органов внутренних дел; как после выяснилось, Мюльберг ее просьбу выполнил, освободив Аслаханова из КАЗа. Для нее было неожиданностью, что спустя четыре месяца после произошедших событий, по заявлению Аслаханова М.М. возбудили уголовное дело в отношении сотрудников ОВД «Митино», в том числе, в отношении ее двоюродного брата Степанова. Она (Степанова) встретилась с Аслахановым в кафе, на ее вопрос он (Аслаханов) лишь пожал плечами и сказал: «Так уж получилось»;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Степановой А.М, подтвердившей показания своей сестры Степановой Д.М. об обстоятельствах их встречи Аслахановым в ОВД «Митино». При этом, свидетель пояснила суду, что на лбу у Аслаханова были царапины, но никакой крови она не видела;

-исследованным в судебном заседании заключением судебно-медицинского эксперта №788/3447 от 06.04.2009 г., из которого вытекает, что для объективной оценки объема травмы у гр. Аслаханова М.М. необходимо представить подлинные медицинские документы, содержащие сведения о прохождении потерпевшим курса лечения по поводу травмы 24.01.2009 г.;

-исследованным в судебном заседании заключением судебно-медицинского эксперта № 2937/4364 от 24.04.2009 г. (дополнительная к экспертизе №788/3447), из которой вытекает, что эксперту были представлены: медицинская карта стационарного больного 67 ГКБ г. Москвы Аслаханова М.М. № 7106 от 24.01.2009 . и амбулаторная карта Аслаханова М.М. из поликлиники № 1 ГУВД г. Москвы.
Выводы эксперта: Обнаруженные у Аслаханова М.М. телесные повреждения, не повлекли за собой кратковременное расстройство здоровья и незначительно стойкой утраты трудоспособности, поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью. Ввиду отсутствия описания цвета и оттенков гематом и кровоподтеков, указания их форм и размеров, более точной анатомической локализации всех повреждений в медицинских документах, высказаться о давности и обстоятельствах причинения данных повреждений не представляется возможным.

Обращаю внимание уважаемого суда также на наличие существенные противоречий в представленных эксперту указанных медицинских документах относительно количества и локализации выявленных у Аслаханова М.М. повреждений, на что защитой обращалось внимание суда и нашло свое отражение в протоколе судебного заседания;

-исследованным в судебном заседании заключением судебно-медицинского эксперта № 3587м/1360 от 07.09.2009 г. (дополнительная к экспертизе №2937м/4364), из которой вытекает, что судебно-медицинский эксперт Рыжова О.С., исследовав те же самые ранее представленные ей медицинские документы и ничего более иного, пришла к уникальному выводу о том, что перечисленные в них (медицинских документах) телесные повреждения могли быть причинены возможно и 24.01.2009 г.

Я думаю, то нет необходимости убеждать, уважаемый суд, в том, что заключение эксперта, содержащее в выводах о давности причинения телесных повреждений сразу два предположения («могли быть», «возможно и 24.01.20009 г.») не может служить, в силу закона, доказательством по уголовному делу, в связи с его противоречивостью.
А поэтому остается только предполагать о причинах дачи таких умозаключений экспертом Рыжовой О.С., имеющей высшую квалификационную категорию?

Тем самым, представленные стороной обвинения суду доказательства о виновности подсудимого Уварова Ю.В. в применении физического насилия по отношению к Аслаханову М.М., не только не нашли своего подтверждения в процессе судебного следствия, но и были опровергнуты показаниями подсудимого Уварова, а также свидетелей Степанова и Кудинова, в связи с чем, Уваров подлежит оправданию и в данной части предъявленного ему обвинения, поскольку никакого преступления в отношении Аслаханова он не совершал.

5).Следствие утверждает, что Уваров, превысив свои служебные полномочия, без достаточных на то оснований, совместно со Степановым и Каюмовым, принял решение о задержании и доставлении в ОВД по району Митино г. Москвы Храмова, Гакашева, Гусельникова и Аслаханова, тем самым нарушив их право на личную неприкосновенность, гарантируемую ст. 22 Конституции РФ.

Однако и данные утверждения следствия, на мой взгляд, не нашли своего подтверждения в процессе судебного следствия, постольку поскольку опровергаются исследованным судом доказательствами, а именно:

-пунктом 1 статьи 10 Закона о милиции, из которого вытекает, что милиция в соответствии с поставленными перед ней задачами обязана предотвращать и пресекать преступления, а также административные правонарушения;

-статьей 13 Закона о милиции, из которой вытекает, что сотрудники милиции имеют право применять физическую силу, в том числе, боевые приемы самбо, для пресечения преступлений и административных правонарушений, задержания лиц, их совершивших, преодоления противодействия законным требованиям, если ненасильственные действия не обеспечивают выполнения возложенных на милицию обязанностей;

-статьей 14 Закон о милиции, из которой вытекает, что сотрудники милиции имеют право применять специальные средства, имеющиеся на вооружении милиции, для пресечения, оказываемого сотруднику милиции, сопротивления; для доставления задержанных в милицию, конвоирования и охраны задержанных, когда они оказывают противодействие сотруднику милиции;

-вышеперечисленными показаниями в судебном заседании свидетелей Толстунова, Кудинова, Седляра, Марещук, а также подсудимых Степанова и Каюмова, в части, касающейся обстоятельств задержания и доставления в ОВД «Митино» Гакашева, Гусельникова и Аслаханова, что опровергает доводы следствия о совершении Уваровым указанных действий;

-показаниями в судебном заседании потерпевшего Храмова А.В., из которых следует, что: лично к нему (Храмову) никто никакого физического насилия не применял. Он (Храмов) не может ответить, почему к нему никто не применял какого-либо насилия. В отделении милиции его (Храмова) никто не избивал.
Он (Храмов) не писал никаких заявлений по поводу привлечения сотрудников милиции к уголовной ответственности, так как не считаю себя потерпевшим. Однако в последующем один адвокат ему объяснил, что он может быть также признан потерпевшим по настоящему уголовному делу, так как сотрудники милиции необоснованно предложили ему проехать на их служебной автомашине для разбирательства в ОВД «Митино»;

-исследованными в судебном заседании показаниями Храмова не предварительном следствии (т.4, л.д. 115-122), из которых, в частности, вытекает, что к нему (Храмову) мне не применялись наручники, и даже не пытались этого сделать. Почему надели наручники на его друзей, он (Храмов) не знает. Он (Храмов) считает, что к совершению преступления также причастны иные сотрудники милиции, не установленные следствием;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Аслаханова А.М., из которых следует, что в ночь на 24.01.2009 г. он приехал в ОВД «Митино». Дежурный ему сообщил, что при задержании его брата Аслаханова М. М. был изъят травматический пистолет. Он (Аслаханов А.М.) видел этот пистолет в дежурной части ОВД, он лежал рядом с удостоверением личности его брата.
Дежурный ему (Аслаханову А.М.) сказал, что при задержании у Аслаханова М.М. не было разрешения на ношение оружия.
По просьбе брата ( Аслаханова М.М.) он (Аслаханов А.М.) привез и передал дежурному по ОВД выданные на имя Аслахнова М.М. разрешение на ношение травматического оружия, это разрешение он (Аслаханов А.М.) взял из сумки брата, лежащей в личном автомобиле Мансура;

-вышеуказанными показаниями в судебном заседании свидетелей Мкртчяна Л. и Шаряна А., из которых следует, что они (Мкртчян и Шарян) считают, что сотрудники милиции выполнили свои обязанности по пресечению незаконных действий чеченцев, так как на улице их двоих (Мкртчяна и Шаряна) избивали 6-7 чеченцев;

-исследованным в судебном заседании по ходатайству прокурора протокола допроса свидетеля Мамадова А.Н.(т.1, л.д. 188-190), из которого следует, что в кафе произошла драка между Арсанукаевым А.М. и армянами, он (Мамадов) спрятал Арсанукаева в подсобном помещении, так как его собирались избить армяне.
Затем приехали чеченцы, и он (Мамадов) сказал армянам, чтобы они вышли на улицу, так как чеченцы приехали с ними разбираться;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Шигина В.С., из которых, в частности вытекает, что Ему (Шигину) известно, что причиной выезда сотрудников ППС в кафе «Оскар» был звонок в службу «02» о массовой драке там. После чего, дежурный по ОВД «Митино» выслал туда все группы ГНР.
Информация о том, что группы ГНР вызвал в кафе «Оскар» Виноградов А. по результатам проверки не подтвердилась. Они (руководство ОВД) также беседовали с сотрудниками милиции, участвовавшими в этом конфликте, они (сотрудники милиции) пояснили, что действовали в рамках закона о милиции.
Он (Шигин) знал, что сотрудник милиции Уваров Ю.В. получил телесные повреждения в этом инциденте, но подробности ему не известны.

По ходатайству прокурора исследованы показания, данные свидетелем Шигиным В.С. в процессе предварительного следствия, а именно:

-(т.2, л.д.83-87): Толстунов и другие сотрудники милиции объясняли мне, что задержанные лица оказывали им сопротивление;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Овсянникова А.П., согласно которым: О произошедшем он (Овсянниов) узнал от дежурного по ОВД «Митино» около 9 часов 24.01.2009 г. Дежурный ему сообщил, что в кафе «Оскар» была драка между чеченцами и армянами, среди чеченцев был племянник сенатора Аслаханова – Мансур Аслаханов.
Ему (Овсянникову) известно, что сотруднику милиции Уварову Ю.В. были причинены телесные повреждения, и по данному поводу он обращался в травмопункт. Кто именно из задержанных причинил Уварову эти телесные повреждения, я не знаю.

На вопросы адвокатов: Он (Овсянников) считает, что действия сотрудников милиции разнимавших драку в общественном месте были абсолютно правомерными;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Харькова А.А., из которых следует, что в ночь на 24.01.2009 г. он являлся дежурным по ОВД «Митино». Ночью раздался телефонный звонок, неизвестный мужчина сообщил, что в кафе «Оскар» происходит массовая драка. На место происшествия он (Харьков) выслал ГНР, туда же подъехали и другие свободные наряды ППС. Вызов по поводу массовой драки в кафе «Оскар» им (Харьковым) был зарегистрировал в КУС.
Через некоторое время в ОВД «Митино» привезли задержанных, никаких жалоб от них не поступало. Были ли у них телесные повреждения, я не видел. Ему (Харькову) стало известно, что среди задержанных был сотрудник милиции Аслаханов М.М., после доставления которого, в дежурную часть ОВД «Митино» стали названивать различные высокопоставленные сотрудники милиции.

На вопросы адвокатов: Всего было задержано 3 чеченца, в том числе Аслаханов М.; 4 сотрудника милиции вообще не могли задержать самостоятельно указанных лиц.
После того, как были задержаны чеченцы, его (Харькова) «завалили» телефонными звонками высокопоставленные сотрудники милиции, и ему пришлось писать многочисленные объяснения по обстоятельствам их задержания, а, поэтому, он (Харьков) физически не мог заниматься самими задержанными.
При задержании Аслаханова М. у него был изъят травматический пистолет, но разрешение на ношение его у Аслаханова с собой не было. Разрешение на ношение травматического пистолета, выданное на имя Аслаханова М.М., привез кто-то из его родственников, примерно, через 1час после доставления Аслаханова М.М. в ОВД.
Если бы лицо Аслаханова М.М. было сильно избито, то он (Хорьков) бы обратил на это внимание и вызвал бы скорую помощь, но таких повреждений на лице Аслаханова М.М. он не увидел.
После случая с Аслахановым М. они (сотрудники ОВД «Митино») вообще не обращают теперь внимание на то, если кто-либо из задержанных ведет себя вызывающе.

По ходатайству прокурора оглашены показания, данные свидетелем Харькова А.А. в процессе предварительного следствия:

-(т.2, л.д. 189-191): Поступил телефонный звонок от неизвестного, сообщившего о массовой драке в кафе «Оскар». У задержанного Аслаханова М.М. была ссадина на лице. Из рапортов сотрудников милиции, участвовавших в задержании, ему (Харькову) стало известно, что Аслаханов М.М. оказывал им сопротивление;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Каленского Д.В., из которых следует, то ночью 24.01.2009 г. в ОВД были доставлены 3-4 чел., от некоторых из них исходил запах алкоголя. Эти люди были досмотрены и помещены в камеру административно задержанных.Он (Каленский) не видел, чтобы кто-то избивал задержанных в ОВД.
Он (Каленский должен был получить от задержанных объяснения, но ему этого сделать не дали, так как через незначительный промежуток времени приехало руководство Аслаханова М.М.; разразился скандал и всех задержанных забрали.
Возможно, что от них кто-то и отбирал объяснение, но ему (Каленскому) этого сделать не удалось.

На вопросы адвокатов: Мне известно, что при задержании у Аслаханова М. изъяли травматический пистолет, но разрешения на его ношении я у него с собой не было, его позднее привез в ОВД «Митино» кто-то из родственников Аслаханова М.М.
По своим должностным обязанностям я должен был получить объяснения от задержанных, направить их на медицинское освидетельствование на алкоголь, наркотики, а также в травмопункт для установления наличия у них телесных повреждений. Но, как я уже говорил, мне этого сделать не удалось, так как всех задержанных из КАЗа выпустили вышестоящие сотрудники милиции.

По ходатайству прокурора оглашены показания, данные свидетелем Каленским Д.В. в процессе предварительного следствия:

-(т.2, л.д. 186-188): Было доставлено 4 человека за драку в кафе «Оскар», у всех задержанных были телесные повреждения. Он (Каленский) не успел получить объяснения от задержанных лиц, так как приехало больше количество руководящих сотрудников милиции, которые забрали из КАЗа всех задержанных.

Тем самым, стороной обвинения не было представлено суду объективно собранных доказательств, подтверждающих виновность подсудимого Уварова Ю.В. в превышении им свои служебных полномочий, выразившемся в принятии решения, совместно со Степановым и Каюмовым, о задержании и доставлении в ОВД по району Митино г. Москвы Храмова, Гакашева, Гусельникова и Аслаханова, в связи с чем, Уваров подлежит оправданию и в данной части предъявленного ему обвинения. поскольку он Уваров никаких преступлений в отношении указанных участников массовой драки в кафе «Оскар» не совершал.

6.Следствие утверждает, что Уваров, при отсутствии законных оснований, применил, к, не оказывающим какое-либо сопротивление либо неповиновение, а также не пытающимся скрыться, Грудилину, Сафину, Бурджунову и несовершеннолетнему Солодилову специальные средства – наручники.

Однако и данные утверждения следствия, на мой взгляд, не нашли своего подтверждения либо были опровергнуты исследованными доказательствами в судебном заседании, а именно:

-показаниями в судебном заседании свидетеля Рыженко Л.В., из которых следует, что он (Рыженко) является инвалидом в сязи с полученными травмами в ДТП. В ночь на 24.01.2009 г. в подземном переходе, в районе Митинского радиорынка, он проходил мимо компании молодых ребят, распивающих какие-то спиртные напитки, случайно кого-то из них задел плечом. После этого он (Рыженко) этой группой молодых людей был подвергну избиениению, об избиении он по мобильному телефону сообщил в ОВД «Митино».
На служебных автомашинах приехали, примерно 6-7 сотрудников милиции, которым он указал на молодых людей, ранее подвергнувших его избиению. Данные молодые люди были задержаны сотрудниками милиции и препровождены в ОВД «Митино».
Он (Рыженко) утверждает, что никого из задержанных лиц подсудимые не избивали. По факту избиения его молодыми людьми он (Рыженко) написал заявление в ОВД «Митино» с просьбой привлечь их за это к уголовной ответственности, до настоящего времени никакого ответа на свое заявление он (Рыженко) из ОВД «Митино» не получал;

-показаниями в судебном заседании потерпевших Грудилина, Сафина, Бурджунова и Солодилов, из которых следует, что в ночь на 24.01.2009 г. в подземном переходе, возле Митинского радиорынка они распивал шампанское; мимо проходил Рыженко Л.В, который задел плечом Грудилина. В связи с этим, они решали его проучить, догнали, сбили подножкой на землю и нанесли пару ударов. Спустя некоторое время, приехало несколько автомашин сотрудниками милиции, которые их задержали и препроводили в ОВД «Митино»;

-показаниями подсудимого Каюмова Р.Р. в судебном заседании, из которых втекает, что когда сотрудники милиции подъехали к подземному переходу, возле митинского радиорынка, то к нему (Каюмову) подошел Рыженко и сказал, что он инвалид, его избили в подземном переходе. Двое, и группы молодых ребят, увидев Рыженко с сотрудниками милиции, стали оскорблять Рыженко и сотрудников милиции;

-статьей 18 Закона о милиции, из которой вытекает, что сотрудник милиции обязан в случае обращения к нему граждан с заявлениями о событиях, угрожающих личной или общественной безопасности, либо в случае непосредственного обнаружения сотрудником милиции таких событий, принять меры к спасению людей, предотвращению и пресечению правонарушения, задержанию лица по подозрению в его совершении;

-показаниями в судебном заседании подсудимого Уварова, согласно которым, к подземному переходу, возле Митинского радиорынка, он подъехал на служебной автомашине ВАЗ-2110 под правлением водителя-милиционера Толстунова.
К моменту их (Уварова и Толстунова) приезда там уже находилось около 6-7 сотрудников милиции, которые сажали задержанных в служебную автомашину «Соболь», а поэтому он (Уваров) вообще не принимал какого-либо участия в задержании Грудилина, Сафина, Бурджунова и Солодилова.
Ему (Уварову) запомнилось, что один из задержанных (как после выяснилось Грудилин) вел себя крайне неадекватно: нецензурно выражался в адрес сотрудников, оскорблял их такими гадкими словами, которые я не могу произнести в судебном заседании, а также оказывал им сопротивление;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Толстунова С.А, из которых следует, что он (Толстунов) прибыл вместе с Уваровым с подземному переходу, возле Митинского радиорынка, на служебной автомашине «ВАЗ-2110», к этому времени молодые люди, избившие Рыженко уж были задержаны и препровождены в служебную автомашину «Соболь». Уваров в задержании этих молодых людей участи не принимал. Один из задержанных молодых людей вел себя неадекватно, громко нецензурно выражался; оскорблял сотрудников милиции;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Кудинова Р.О., из которых следует, что один из задержанных молодых людей, возле подземного перехода, нецензурно выражался в адрес сотрудников милиции;

-показаниями в судебном заседании потерпевшего Буржунова, Сафина и Солодилова из которых следует, что подсудимого Уварова они вообще не знают. Уваров их не задерживал, спецсредств (наручники) по отношению ним не применял, а поэтому они (Буржунов, Сафин и Солодилов) к подсудимому Уварову каких-либо претензий не имеют. И вообще ни к кому из них наручники не применялись. При этом Буржунов пояснил суду, что потерпевший Грудилин в присутствии сотрудников милиции нецензурно выражался, оскорблял сотрудников милиции (привел конкретные выражения);

-исследованными в судебном заседании протоколами допросов и очных ставок с участием Буржунова, в которых каких-либо упоминаний о подсудимом Уварове вообще не содержится (т.2, л.д.224-227; 230-233; т.5, л.д. 276-278; 288-292; 302-307);

-исследованным в судебном заседании протоколом опознания Буржуновым сотрудников милиции, участвовавших в его задержании в ночь на 24.01.2009 г., из которого вытекает, что он (Буржунов) не опознал Уварова (т.3, л.д. 117-120);

-исследованными в судебном заседании протоколами допросов и очных ставок с участием Солодилова, в которых каких-либо упоминаний о подсудимом Уварове вообще не содержится (т.2, л.д.180-182; 205-207; т.3, л.д.3-6; т.5, л.д. 279-281; 293-297);

-показаниями в судебном заседании потерпевшего Грудилина, из который следует, что он (Грудилин) действительно громко выражался нецензурными словами в присутствии сотрудников милиции, а поэтому был задержан ими, к нему (Грудилину) были применены специальные средства (наручники). В служебном автомашине «Соболь» он (Грудилин) продолжа нецензурно выражаться..

Тем самым, стороной обвинения не было представлено суду объективно собранных доказательств, подтверждающих виновность Уварова Ю.В. в примении к Грудилину, Сафину, Бурджунову и несовершеннолетнему Солодилову специальные средства – наручники, а поэтому Уваров Ю.В. подлежит оправданию и в данной части предъявленного ему обвинения. поскольку он (Уваров) не применял специальные средства (наручники) ни к одному из вышеперечисленных лиц.

7.Следствие утверждает, что подсудимый Уваров Ю.В. перед доставлением Грудилина, Сафина, Бурджунова и Солодилова в ОВД «Митино» применил к указанным лицам насилие, подвергнув Сафина, Бурджунова избиению, нанеся специальным средством – резиновой палкой удары Бурджунову и Сафину по туловищу, а также Грудилину ногой в область паха. Затем в ОВД «Митино», в оружейной комнате, подверг избиению указанных лиц, нанеся им множественные удары руками и ногами по туловищу.

Однако и данные утверждения следствия, на мой взгляд, не нашли своего подтверждения либо были опровергнуты исследованными доказательствами в судебном заседании, а именно:

-показаниями в судебном заседании потерпевших Буржунова и Сафина, которые пояснили суду, что Уваров не избивал их; не наносил им (Буржунову и Сафину) удары резиново палкой по туловищу; не избивал их также и в оружейной комнате ОВД «Митино» и вообще подсудимого Уварова они не знают, а поэтому никаких претензий к нему не имеют;

-показаниями в судебном заедании потерпевшего Грудилина, из которых следует, что приехали сотрудники милиции, стали его избивать руками и ногами, при этом нанесли удар в пах ногой. Затем сотрудники милиции надели на него наручники и посадили в служебную автомашину «Соболь». В автомашине он (Грудилин) случайно сел на шапку Уварова, которая лежала на сиденье, за что Уваров ударил его (Грулилина) ладоням по ушам, затем сбросил с сиденья на пол и ударил ногой в пах. В ОВД «Митино», в оружейной комнате, подсудимый Уваров его (Грудилина) не избивал. Никаких претензий к подсудимым он (Грудилин) не имеет, а поэтому не настаивает на их наказании.

На вопрос адвоката: Да, он (Буржунов) подтверждает, что приехавшие сотрудники милиции избивали его еще на улице, нанесли ему также удар ногой в пах, после надели наручники и осадили в автомашину;

-исследованным в судебном заседании протоколом опознания Уварова Грудилиным (т.3, л.д.125-128), из которого вытекает, что ранее Грудилин никогда не утверждал либо предполагал того, что Уваров нанес ему удар ногой в пах, а говорил об одном ударе ладонями по ушам и одном ударе резиновой дубинкой – по телу;

-показаниями в судебном заседании подсудимого Уварова, из которых следует, что он (Уваров) не мог нанести Грудилину удар руками по ушам, а также резиновой палкой в межреберную область в служебной автомашине «Соболь», за что тот (Грудилин) сел на его (Уварова) шапку, поскольку его (Уварова) шапка находилась в автомашине ВАЗ-2110, на которой он приехал с Толстуновым. Именно поэтому его (Уварова) шапка не могла лежать на сиденье в автомашине «Соболь», и, следовательно, Грудилин не мог сесть на нее.
Он (Уваров) также не мог нанести Грудилину удар спецсредством – резиновой дубинкой по туловищу, поскольку их (Уварова и Толстунова) резиновые дубинки всегда находятся в багажнике служебной автомашины ВАЗ-2110, на которой они вместе несут службу. Он (Уваров) не вынимал свою резиновую дубинку из багажника автомашины, когда они подъехали к месту происшествия, в районе Митинского радиорынка, поскольку к этому моменту все вышеперечисленные лица уже были задержаны другими сотрудниками милиции и посажены в автомашину «Соболь».
Но он (Уваров) подтверждаю то, что после того, как другие сотрудники милиции посадили задержанных Грудилина, Сафина, Бурджунова и Солодилова в служебную автомашину «Соболь», кто-то из сотрудников милиции попросил его (Уварова) помочь им сопровождать задержанных в ОВД Митино.
Когда он (Уваров) подошел к двери автомашины «Соболь» и попытался сесть в нее, то сидящий на сиденье, напротив входной двери, Грудилин, нецензурно выражаясь, нанес ему (Уварову) удар ногой в область левой коленки.
Он (Уваров) не исключает того, что мог после этого, дернуть Грудилина за ногу, которой он нанес ему удар в область левого колена, в результате чего, Грудилин мог упасть с сиденья на пол автомашины. Но никаких умышленных ударов Грудилину в автомашине резиновой дубинкой (которой у него с собой не было) либо руками и ногами, тем более в область паха, он (Уваров) Грудилину не наносил.
Он (Уваров) помнит, что вместе с ним и задержанными в автомашине «Соболь» также ехали и другие сотрудники милиции, в частности, Мерещук, остальных точно назвать затрудняется, поскольку прошло уже много времени с момента этих событий;

-показаниями в судебном заседании потерпевших Бурджунова, Сафина и Солодилов, из которых следует,, что в автомашине «Соболь» сотрудники милиции никого из задержанных не избивал. Подсудимый Уваров не избивал Грудилина в автомашине «Соболь». Никто из подсудимых не избивал их (Буржунова, Сафина и Солодилова) также и в оружейной комнате ОВД «Митино». А поэтому они не имеют каких-либо претензий к подсудимым и не настаивают на их наказании;

-показаниями в судебном заседании свидетеля Марещук С.А., из которых следует, что один из задержанных молодых людей (Грудилин) вел себя крайне агрессивно, нецензурно выражался в адрес сотрудников милиции, оскорблял сотрудников милиции, в связи с чем, в отношении него (Грудилинпа) бли применены спецсредства (наручники). К другим задержанным молодым людям наручники не применялись. Когда Уваров стал подниматься в салон автомашины Соболь», то, сидящий на сиденье, Грудилин ударил его (Уварова) ногой о ноге. Уваров дернул его за ногу и положил на пол салона, никаких ударов он (Уваров) Грудилину не наносил. В салоне автомашины «Соболь» вместе с задержанными ехали он (Марещук), Уваров и еще кто-то из сотрудников милиции на заднем сиденье. Впереди ехали Каюмов и Седляр. Никого из задержанных в автомашине «Соболь» сотрудники милиции не избивали;

-показаниями подсудимого Каюмова Р.Р. в судебном заседании, из которых втекает, что в автомашине «Соболь» он (Каюмов) сидел на переднем сиденье. Те же самые двое молодых людей, которые раньше, оскорбляли Рыженко и сотрудников милиции, возле подземного перехода, и в автомашине нецензурно выражались в адрес сотрудников милиции, он (Каюмов) повернулся и сделал им замечание.
В автомашине «Соболь» никто из сотрудников милиции, в том числе Уваров, задержанных не избивал. Показания потерпевшего Грудилина он (Каюмов) не подтверждает, так как он (Уваров) сделал замечание не Уварову, а двум задержанным, которые оскорбляли сотрудников милиции. Такие же показания он (Каюмов) давал и на предварительном следствии.

Тем самым, стороной обвинения не было представлено суду объективно собранных доказательств, подтверждающих виновность Уварова Ю.В. в нанесении ударов руками, ногами и дубинкой Сафину, Буржунову и Грудилину в автомашине «Соболь» и в оружейной комнате ОВД «Митино», а поэтому Уваров Ю.В. подлежит оправданию и в данной части предъявленного ему обвинения, поскольку данного преступления не совершал.

Таким образом, в исследованных судом материалах настоящего уголовного дела отсутствуют доказательства, достаточные для вынесения подсудимому Уварову Юрию Валентиновичу обвинительного приговора по признакам преступлений, предусмотренных пунктами «а, б» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

И в заключении своего выступления хотел бы обратить внимание, уважаемого суда, на постановление Пленума Верховного суда РФ от 29.04.1996 г. «О судебном приговоре», согласно которому:
-обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана;
-обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены;
-следует неукоснительно соблюдать конституционное положение (статья 49 Конституции Российской Федерации), согласно которому, неустранимые сомнения в виновности подсудимого, толкуются в его пользу;
-по смыслу закона в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся отдельных эпизодов предъявленного обвинения, формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств и т.д.
В то же время для вынесения моему подзащитному оправдательно приговора, как вытекает из требований закона, достаточно лишь сомнений в его виновности. А оснований для таких сомнений в настоящем уголовном деле более чем достаточно. Полагаю, что своим выступлением в судебном заседании мне удалось убедить в этом, уважаемый суд.

На основании выше изложенного, руководствуясь ст.ст. 53, п.3 ч.2 ст. 302 УПК РФ, прошу Тушинский районный суд г. Москвы:

1.Приобщить к протоколу судебного заседания настоящие тезисы выступления защитника в прениях сторон по настоящему уголовному делу.
2.Подсудимого Уварова Юрия Валентиновича в совершении преступлений, предусмотренных пунктами «а, б» ч.3 ст. 286 УК РФ – оправдать в связи с отсутствием в его деянии признаков преступления.

12.04.2011 г. Адвокат: _______________________ Ю.И. КАЧАН